Франция с Екатериной Оаро: как найти себя и свое любимое дело в новой стране.

Едем во Францию, в гости к Екатерине Оаро, которая переехала во Францию больше 4 лет назад, приняв для этого переезда сложное решение. Узнаем, что делать, если страна тебе сразу НЕ понравилась, как справиться (или не справиться) со своими чувствами, как найти работу, дело, призвание, и главное – как найти после переезда себя. Поговорим о еде, погоде, достопримечательностях, но главное – о людях и о стране.

Найти Екатерину:

  1. Сайт «Вдохновить на роман»
  2. Facebook

Много полезной информации о Франции — на канале проекта OpenWorld в Telegram (каждую неделю после выпуска подкаста наш канал рассказывает о той стране, в которой живет герой подкаста).

Слушайте подкасты «Открываем мир» в iTunes. На этой странице также можно подписаться на новые выпуски, и тогда уведомления о них будут приходить прямо на телефон.

Мы также будем счастливы, если вы оставите о подкасте свой отзыв. Каждое ваше слово вдохновляет нас двигаться дальше.

Прочитать интервью можно ниже.

И.П. Друзья, привет! Меня зовут Ирина Плыткевич, и вы слушаете мой подкаст Открываем мир, на котором мы путешествуем по разным странам и по разным людям. Мы вваливаемся всей толпой в их дома, в их города, в их новые страны, страны, в которые они переехали по самым разным причинам и которые полюбили. Или нет?

Нам рассказывают про переезд, про те самые причины, про новые отношения, про новые ресурсы, про то, как найти работу, как пойти учиться, как завести друзей и что делать со старыми, и все, что мы успеваем выспросить за один час. Сегодня едем во Францию – с одной стороны, очень популярную страну для запросов на переезд, с другой стороны, страну не простую.

Чем она привлекательна и чем не проста, сегодня спросим у Екатерины Оаро, автора собственного проекта о писательстве, которая живет в городе Лилль, и для которой решение о переезде в новую страну было сложным.

Екатерина, добрый день!

Е.О. Добрый день!

И.П. Катя, в начале подкаста я прошу наших героев представиться, чтобы мы знали, с кем мы сегодня имеем дело, рассказать чуть-чуть о себе, чем вы занимаетесь, и главное для нашего подкаста – где вы сейчас конкретно этим занимаетесь.

Е.О. Меня зовут Екатерина, я живу во Франции, в городе Лилль – это север Франции, граница с Бельгией, по сути не Франция, а Фландрия – совсем другой регион, отличающийся от наших обычных представлений о Франции. Мне 31, я живу здесь 4,5 года. У меня свое дело, я преподаю писательское мастерство онлайн, работаю с авторами, с писателями, с теми, кому нужен сторителлинг (умение рассказывать истории) для бизнеса.

Занимаюсь этим как основной работой чуть больше двух лет, до этого я работала в офисе, жила в Москве, а еще раньше в Беларуси. Сейчас у нас холодно, как и у многих, нас занесло снегом, а я сижу у камина и очень рада разговаривать с вами.

И.П. Нас тоже занесло, дороги не почищены, везде хаос, мы как-то не готовы были к снегу – действительно холодно. Вам повезло, что у вас камин!

Е.О. Мне нравится этот снег, я уже скучала по нему после нескольких лет бесснежных и теплых зим. Наконец-то новогоднее ощущение.

И.П. Катя, давайте вернемся тогда на несколько лет назад. В какой момент вы задумались о переезде, или все произошло само собой, расскажите нам об этом.

Е.О. Это хороший вопрос. Я не задумывалась о переезде, точнее, если я вдруг задумывалась, я сразу паниковала. Когда я изучала в Москве литературу, и мы проходили волны русской эмиграции, то я всегда думала, что если бы жила в те года, то я бы осталась в России, чем бы мне это ни грозило. Я настолько привязана к русскому языку и русской культуре, что мне даже в голову не приходило переезжать.

У меня две родины – Беларусь и Россия. Где-то за год до тех событий, которые я сейчас опишу, мы путешествовали с подругой по Швейцарии и Франции, и моя подруга со слезами на глазах уезжала, говорила, что хочет здесь жить, а я думала о том, что соскучилась по своим ученикам, по своим текстам, институту, и мне хотелось домой. Но именно я, а не моя подруга, встретила француза.

Сначала я сопротивлялась этой любви, потому что в моей голове сразу загорелась красная сигнальная лампа переезда, я дочь военного, мы много переезжали, я больше не хотела. И я ему сказала еще до первого поцелуя, чтобы он не думал о моем переезде.

И.П. Вы встретились в Москве или где-то в путешествии?

Е.О. Мы встретились как раз в этом путешествии по Франции, но тогда не было продолжения у этого знакомства. Потом он приехал в Москву, и там мы уже встретились по-настоящему. Сокращая эту историю, он убедил меня, что переезд – это не так страшно, точнее даже не переезд, а разница культур. О переезде он даже боялся заводить речь, поэтому сначала он переехал в Москву, жил там 2 года, а потом уже я решилась переехать во Францию.

И.П. С одной стороны, мы не в первый раз разговариваем с девушкой, которая уехала в новую страну по любви, по любви не к стране, а к мужчине, и это вроде как уже обычная тема для нас сейчас. Но необычна она тем, что ваш супруг все-таки остался жить в России, и я знаю, что он не прижился.

Я хочу этот момент подробнее узнать, если можно. Потому что, когда мы переезжаем с семьей, очень часто инициатор переезда кто-нибудь, второй человек становится соглашающимся на переезд. В какой момент понять, что что-то идет не так, что уже начинается что-то не очень хорошее? Как вы поняли, что ему некомфортно в России?

Е.О. Это было начало отношений, я была очень трепетная, внимательно его слушала, а он жаловался. Например, я знала, что он не любит Париж, что он для него слишком большой, а Москва в 10 раз больше. Я знала, что он не любит метро в Москве, и ему было тяжело вписаться в рабочий процесс в России, где люди приходят и уходят с опозданием. Для француза, который встает ровно в шесть вечера, выключает компьютер и идет домой, не задерживаясь ни минуты в офисе, этот московский режим был безумный.

И каждый раз, когда он приезжал домой с опозданием на час, он так расстраивался, что ему не хватает времени на свою собственную жизнь, что он сказал: Москва меня убивает. Это сейчас я знаю, что основная черта французов – жаловаться, тогда я не знала этого, хотя это правда, даже статистика есть. А тогда я восприняла его слова в прямом смысле, испугалась, моя учеба подходила к концу, и я согласилась попробовать пожить в стране, которая его не убивает, может, она и меня не убьет.

И.П. Но вы тоже соглашались. За эти два года у вас не созрело желание поехать и пожить на родине вашего мужа? То есть переезд стал вашей обязанностью?

Е.О. Да, это было немного такое жертвенное решение, честно говоря, когда я сейчас смотрю назад. Нет, желания у меня не созрело, потому что у меня все очень хорошо шло в Москве, я собиралась поступать в аспирантуру и преподавать всю жизнь. Поэтому для меня переезд был тяжелым испытанием, а не радостным и полным надежд на красивую жизнь.

И.П. Как у вас в этой ситуации обязанности, стресса у вас происходили сборы? Многие спрашивают, как поговорить с родителями, как поговорить с друзьями. Что вы чувствовали? Или вы собрались сама с собой, и все, спокойно уехали?

Е.О. Я помню, был май, я защищала диплом, а в литературном институте это повесть. В это же время мы расписались, через неделю мы обвенчались, и еще через неделю у нас была заказана машина, которая отвезет наши вещи во Францию. Это было очень быстро, особо мы не объявляли это никому. У нас была очень долгая история замужества, потому что два года нам понадобилось на то, чтобы наш брак признали действительным, а после того, как это произошло, мы очень быстро все сделали.

Мой муж за это время нашел работу в Лилле, поэтому мы переехали в этот город. Дальше это уже был просто поиск наилучшего решения: например, мы переезжали на поезде, а не на самолете, потому то это было оптимально для багажа. Я не помню, как мы объявляли о переезде, мне кажется, для большинства людей это было естественно, что девушка переезжает, а не мужчина. Только для меня это было решением.

И.П. Да, я всегда говорю, что если у кого-то есть история, что мужчина переехал за женщиной, а не наоборот, то скажите мне, я хочу послушать. На самом деле чаще мы видим пока, что девушки переезжают. Возможно, это связано с тем, что девушкам легче адаптироваться, все-таки женщины гибче, им легче приспособиться к изменениям, к новому. Расскажите, как было у вас. Вы приехали в другую страну, в новый город. Вы уже говорили по-французски?

Е.О. Я говорила, но неидеально, у меня было много ошибок. Я учила французский, а мой муж учил русский, пока мы жили в Москве.

И.П. Какое было первое впечатление от страны? Мы уже знаем, что первое впечатление – это шок, при этом он может быть положительным или отрицательным. Какой у вас был шок, какого рода?

Е.О. Это был именно шок. Мы переехали на День взятия Бастилии, 14 июля. Надо сказать, что во Франции все уходят в отпуск в одно и то же время, а так как Лилль – это север Франции, то все едут на юг. И вот мы приезжаем в город, о котором мы только посмотрели фильм «Добро пожаловать», где говорят на каком-то странном диалекте, едят вонючий сыр, все время идет дождь, и город пуст. На улицах только бомжи и цыгане, а все остальные уехали в отпуск.

У меня был шок после Москвы и Минска: что это, что мы здесь делаем? Этот шок прошел в сентябре, когда улицы оживились, по ним стали бегать дети, все вернулись из отпусков красивые и загорелые, машины появились. Муж говорил мне, что это время отпусков, но я не поверила. Потому что даже булочная за углом закрыта, все закрыто! Это было мое первое впечатление о Лилле.

И.П. Я сразу представляю, как в фильмах ужасов показывают: пустая заправка и летящий газетный листок.

Е.О. И это так. Потом я поняла, что мне нужно просто быть открытой, принять то, что люди могут ездить массово в отпуск в одни и те же дни.

И.П. Да, это важная вещь: конечно, страна вам ничего не должна, она какая есть, такая и есть. И для того, чтобы увидеть и понять все, надо быть открытыми, постараться принять даже совершенно не принимаемое. Сколько длился у вас такой период привыкания, принятие? Что вы делали для этого?

Е.О. Я поняла, что мне надо писать, потому что это мой способ проживать опыт. И хотя у меня паника, но в то же время у меня то, о чем мечтают все писатели – по сути творческие каникулы: я не работаю, у меня есть время, и я полностью вырвана из привычной среды, то есть у меня обострен взгляд, слух, обоняние и все остальное. И как раз тогда я завела блог, который потом разросся в бизнес.

Еще выходила моя первая книга в Беларуси, я занималась редактурой и корректурой – вот это мне помогало, потому что оно меня возвращало к тому, кто я есть. Несмотря на то, что я изменила среду, то, что я люблю, осталось со мной, просто стало претерпевать изменения по форме. В остальном у меня очень долго длился процесс адаптации, наверное, он длится до сих пор. Видимо, причина в том, что изначально я не была достаточно открыта, я очень держалась за то, что у меня было до переезда.

Наверное, острая адаптация идет до того, как ты находишь работу, после чего ты вливаешься быстрее. Через полгода я пошла работать в офис корпорации, и там была международная команда, и все люди по сути были в такой же ситуации, как и я. И там уже стало легче.

И.П. У вас там город любви, это прекрасно, все туда приезжают за любовью. Давайте немного про работу поговорим, как вы ее нашли? Это очень важный вопрос, потому что всегда в первую очередь люди интересуются, можно ли найти работу, что для этого нужно? Как вы нашли работу – просто или сложно?

Е.О. Во Франции сложно найти работу, особенно если ты иностранка. Конечно, все зависит от сферы. В моей сфере, разумеется, работы не было. Я параллельно искала аспирантуру и провалилась с треском, несмотря на мои прекрасные рекомендации, известное имя профессора в Москве.  Я оказалась здесь никому не нужна, года полтора я рассылала письма и постепенно узнавала, что во Франции все по-другому. Например, что письмо надо отправлять обычной почтой, а не по электронной — как вам такое в XXI веке? Я нашла работу на английском, плюс там нужен был еще один язык – в моем случае это был английский и русский, но это не была работа по специальности. По сути я работала в службе поддержки клиентов большой корпорации Booking.com, сайт для бронирования отелей. Там была прекрасная команда, но я понимала, что это временная работа, потому что никакие дипломы у меня там не спрашивали, нужно было только пройти 4х недельный тренинг по компетенциям.

И.П. Но это может быть выходом — такие международные компании, которые всегда ищут персонал, — для тех, кто только приезжает в страну и еще не до конца владеет языком.

Е.О. Я думаю, это прекрасный выход, потому что это ускоряет процесс социализации, ты попадаешь в международную среду, чему-то учишься, потому что все процессы в этой компании налажены, это очень интересно. Главное – не задержаться там на всю жизнь, если есть свое дело, своя страсть и хочется преследовать свои цели, а не корпоративные.

И.П. Да, сейчас до этого дойдем. Хочу еще больше информации узнать из вашего рабочего периода: расскажите о французах как о работниках, какие они, насколько с ними комфортно или некомфортно, они роботы, или можно поболтать, выйти покурить, можно ли дружить? Вот об этом расскажите.

Е.О. У нас был маленький процент французов, но я знаю, что французы разделяют профессиональное и личное, они ценят свое время, они хотят уходить с работы в то время, когда она закончилась, ни минутой позже. Для французов очень важен этикет – это у них столетиями. И сказать просто: передай мне чашку – считается верхом неотесанности.

И когда ты пишешь письмо, ты действительно используешь все те выражения, которые я вижу в переписке девятнадцатого века: Мадам, я молю вас проявить свою доброту… Это я серьезно, я вам сейчас перевожу фразу дословно, как надо начинать бизнес-письмо. Когда ты работаешь в международной компании, это тут же нивелируется, потому  что ты тут же получаешь электронное сообщение из Бразилии, и оно заканчивается фразой «Тысяча поцелуев» — у французов все так.

И когда ты пишешь в инстанции или по работе, то если ты пишешь прямо (а мы всегда прямо это делаем), то для них это агрессивно. И мне пришлось учить эти формулы вежливости, они до сих пор выписаны у меня в шаблонах, потому что без них не обойтись.

И.П. Это очень важная информация. А это по всей Франции так, или только у вас?

Е.О. Это по всей Франции, у нас это в меньшей степени.

И.П. Потому что у нас в Швейцарии очень чувствуется влияние Италии, и если к вам обратились на «Вы», то вас назвали Высокопреосвященством. То есть никто никогда не обращается на «Вы», везде говорят: «Ты» — в разных учреждениях, школах. И говорят очень просто: ты дай мне это, ты пришли мне то, а в конце тоже поцелуи и объятия.

Е.О. И даже не говорят «пожалуйста», «спасибо»?

И.П. Конечно, эти слова говорят, но все очень между делом. И мне кажется, я страдаю от того, что в ответ на сложное письмо или смс я получаю: ок,  почему ты назвала меня на «вы»?..

Е.О. Мне кажется, французы очень легко переходят на «ты». Даже с людьми пенсионного возраста можно общаться на «ты», но при этом у них очень большая разница между устным и письменным языком. Хотя и в устном языке часто недостаточно просто сказать «да, спасибо», нужно добавить «вы очень любезны».

И.П. Мне кажется, вам это должно нравиться, потому что у вас писательская работа, и изучать язык очень интересно, когда он вот так используется.

Е.О. Не знаю. Мне иногда в этих конструкциях слышится что-то мертвое, потому что их используют, на самом деле, не имея их в виду, это скорее форма, а не содержание. Но ей нужно овладеть, чтобы эффективно общаться письменно, особенно когда пишешь в разные инстанции.

И.П. Это очень важная и полезная информация, мне кажется, нигде мы ее больше не услышим. Поэтому, друзья, будете искать работу, будете писать сопроводительные письма или что-то еще, имейте это в виду. Почитайте, как люди пишут и, действительно, поставляйте эти формы, иначе французы подумают, что вы написали: так, прими меня срочно на работу, я лучший!

Хорошо, я хочу немного вернуться к тебе обучения. Вы сказали, что не смогли продолжить учебу, расскажите, пожалуйста, нам про этот период, что именно не подошло французам в вашем образовании, и что нужно тем, кто хочет продолжить обучение во Франции.

Е.О. Все очень зависит от сферы. У меня есть знакомые с удачной карьерой в научной сфере, но чаще всего российский институт должен сотрудничать с университетом во Франции, и в рамках этого сотрудничества есть налаженные связи, можно поехать стажироваться или преподавать, писать диссертацию.

Мой вариант – когда я приехала и начала искать – здесь никому не нужен, французская образовательная система очень консервативна. Я не ожидала такого, мне казалось, что Европа – это какой-то монолит, но образование в Швеции и Франции разное. И Франция центрирована на своем языке: такое ощущение, что французы до сих пор считают свой язык мировым, а не английский.

Профессора не говорят здесь на английском, а по международным стандартам такая диссертация должна быть написана на английском. Их не волнует международный престиж университета, они просто не говорят по-английски, и все. Это было и в Париже, и в Брюсселе, и в Лилле, и в Гренобле, и в Лионе. Французы сами признают, что их система образования нуждается в реформах, что она не очень прогрессивная, поэтому если вы хотите заниматься наукой во Франции, у вас должен быть идеальный французский.

И я знаю многих людей, которые приехали сюда с диссертацией и написали здесь новую диссертацию, то есть существующая на законодательном уровне программа признания степеней не работает. И намного проще написать диссертацию во Франции, чем признать свою российскую здесь. Если вы планируете переезд, ищите какие-то лазейки между институтами, не делайте это самостоятельно, если у вас нет знакомств.

Еще важно, что я нашла научного руководителя, который заинтересовался мной и моей темой, но она мне сказала, что если я хочу преподавать, а не заниматься наукой, то у нее нет достаточно весомого имени во Франции, чтобы меня взял другой университет. И даже если у меня будет выдающаяся работа, публикации, то я могу заниматься научной работой в своей области, но место преподавателя вряд ли я получу. А я хотела именно преподавать. Преподаватель во Франции – это как адвокат и доктор: вы защищены до конца жизни, у вас прекрасная зарплата.

Люди, получившие место преподавателя, уезжают всей семьей в другой регион, если там открылась вакансия – то есть это залог безбедного существования. Поэтому и очень большая конкуренция, которая доходит до того, что даже имя твоего научного руководителя должно быть «звездным». Это все из моего опыта, так что подготовьтесь к этому.

И.П. Очень интересно. Во-первых, очень интересно про продолжение образования: впервые я слышу такие сложности про европейскую страну. Но рассказано, как есть. Про преподавание и преподавателей очень похоже на то, что происходит здесь у нас в Швейцарии. И этому я крайне верю: профессия очень востребованная, престижная. Но это, конечно, невероятно, что во Франции от имени вашего научного преподавателя зависит, будете ли вы преподавать.

Е.О. Я хочу еще раз добавить, что это моя, довольно узкая сфера – литературоведение, стилистика, славистика. Если вы, например, занимаетесь исследованием нефти, то там может быть совершенно другая ситуация, и там нехватка специалистов. Допустим, в инженерной сфере может быть заказ от предприятий на исследования, и там вы можете попасть в струю. А если вы такой гуманитарий, как я, то будет тяжело.

И.П. Вот так: пишут высоким слогом, а преподавателей в этой сфере не хотят, или как минимум не хотят  русскоговорящих.

Е.О. Их достаточно.

И.П. Понятно. Очень все полезно идет, активно и хорошо. Давайте тогда дальше продолжим про вашу жизнь разговаривать. В какой-то момент вы решили заниматься своим делом, и оно связано на самом деле с русским языком, хотя, казалось бы, проходит время, адаптация, интеграция, и даже если бы вы думали о своем деле, то оно должно было быть связано с Францией, французской культурой или языком. Почему вы решили делать бизнес, связанный с русским языком, с русскоговорящими клиентами?

Е.О. Потому что я исходила не из того, каким бы бизнесом мне заняться, чтобы он принес мне много денег. А я исходила из того, без чего я не могу жить, и что мне нужно организовать в своей жизни, где бы я ни была. И это то, чем я уже занималась раньше, я уже преподавала литературное мастерство, и я люблю это, я не могу представить свою жизнь без обсуждения стиля произведения, без разработки персонажей и работы со словом. Я люблю преподавать, я люблю писать, мне это необходимо.

И я через два года работы в корпорации была истощена, у меня не то что сил и времени, у меня не хватало ментального пространства и свободы для того, чтобы заниматься еще и творчеством. И хотя мой блог потихоньку развивался, но у меня был полный рабочий день, мало отпуска, и я пошла к доктору, который мне сказал: живите своей жизнью! Перестаньте стараться быть идеальной женой и идеальным человеком – делайте то, что вы хотите.

Я тогда хотела к морю. И он сказал, что мне нужно ехать к морю, иначе скоро я вообще ничего не буду хотеть. Видимо, у меня было преддепрессивное состояние или  начало депрессии, и я последовала совету доктора. Он сказал мне писать книгу. А у меня тогда не было времени на книгу, она лежала у меня в черновиках, работа над ней не двигалась. То есть я исходила не из того, чем выгоднее заняться во Франции, а из того, кто я есть.

И.П. А вам не кажется, что этим вы поддерживаете связь с Россией, связь с вашей страной?

Е.О. Да, конечно. Я живу русскоязычной культурой. С другой стороны, сейчас я совмещаю западный подход и тот подход в преподавании, который дал мне институт. И это тоже дорогого стоит, потому что у меня прокачался английский, пока я работала в корпорации – я могу проходить американские курсы, не только российские. С одной стороны, это моя связь, а с другой – меня обогащает то, что я переехала.

И.П. На самом деле многие переехавшие продолжают делать бизнес с русскоговорящими клиентами, и я все время пытаюсь у них узнать, почему они не развивают свой бизнес на новую страну. И в ответ я часто слышу про желание оставить связи с родиной, жалко бросать навыки и опыт. И второе главное – это то, что ваш нынешний опыт, ваша сегодняшняя жизнь обогащает вас, и почему бы не привнести это в русскоязычное пространство. И это здорово, что мы берем у новой страны хорошее и хотим отдать это нашей родине.

Е.О. Так как я работаю с книгами, и когда мы говорим о сюжете или о персонаже – это можно делать на любом языке. Но когда мы говорим о стиле, о том, какое значение у слова или выражения, какие там оттенки смыслов, то это очень сложно делать на другом языке. И я думаю, разумнее начинать с того языка, которым я владею, как инструментом, – а это русский и белорусский языки. А потом, когда этот бизнес вырастет, открыть что-то и на французском или английском. Но в моей сфере было бы странно сразу бросаться в чужой язык, где совсем другая система языка.

И.П. Друзья, многие пишут мне после выпуска подкаста спросить еще вот этот и этот вопрос. Это очень приятно, но вернуться к записанному подкасту мы уже не можем. Но зато мы можем рассказать о разных технических, юридических и других вопросах на нашем канале в Телеграм, и туда вы можете писать сколько угодно. Подписывайтесь, читайте и пишите свои вопросы – мы правда хотим, чтобы контент на канале был очень полезным.

Хорошо, Катя, давайте теперь поговорим про французов. Раз ваш муж француз, я думаю, у вас есть в том числе французское общение, друзья. Расскажите, как это общение происходит, насколько оно похоже или не похоже на русские посиделки, какие люди французы, насколько нашему человеку с ними комфортно, хорошо, весело. Мы понимаем, что люди все разные, и внимательно слушаем ваш опыт.

Е.О. Наверное, то, чему меня научил переезд, это как раз то, что люди все разные, и обобщать опасно, тем более что и французы разные, и французы внутри Франции разные: то, как ведет себя парижанин и житель Лилля – это две большие разницы. Север Франции, Лилль, славится своей открытостью и доброжелательностью, гостеприимством. У них есть пословица «солнце внутри меня», потому что мало солнца в небе. И это тот регион, где с тобой могут заговорить в трамвае, в лифте, где угодно, и услышав твой акцент, обязательно скажут, что он очень красивый, даже если это не так. Здесь люди довольно открыты, в Париже, Лионе не так.

Мой муж раньше жил в Лионе, мы там познакомились, и там совсем по-другому. Поэтому мне сложно сказать, какие французы, и как они относятся к нашему обобщенному человеку. У нас в друзьях много международных пар: белоруска и француз, литовка и француз. Или люди, которые приехали сюда как студенты, или кто рожден в браке у родителей из разных стран, и живут в третьей. И в этой среде мне комфортнее, чем просто в монолитной французской, потому что иначе я не понимаю до конца всех контекстов, намеков.

И.П. Такой среды, о которой вы говорите, становится все больше и больше, и это очень приятно. Я вижу, что мои собственные дети скорее всего будут общаться с такими интернациональными парами, семьями. Уже сейчас в школе невозможно понять национальность родителей, и дети прекрасно говорят, моментально находят общий язык. Это как сценка из фильма «Особенности национальной охоты», где говорил финн и русский, каждый на своем языке, при этом они прекрасно друг друга понимали, —  и такое я вижу постоянно в Швейцарии.

И конечно, какие-то особенности характера неискоренимы, их невозможно убрать. Однажды на уроке итальянского у нас было задание опровергнуть стереотипы о нашей родной стране. Иногда мне было сложно возразить что-то в ответ: например, что русские трудно поддерживают smalltalk или мало улыбаются – мне кажется, так и есть.

Е.О. Вот я как раз пример человека, который много улыбается и легко поддерживает разговор.

И.П. Это потому что белорусы другие, у меня муж из Беларуси. А про французов что-то подобное можете нам сказать.

Е.О. Наверное, это вежливость, очень отличающаяся от белорусской и русской. У французов нет нашей прямоты. Если ты просишь обратную связь, то француз не скажет, что у тебя не получилось вот это и вот это, это будут обходительные выражения по типу: возможно, ты захочешь улучшить… И он не скажет тебе всего, то есть тут нужно уметь читать, как у англичан фраза «я так не думаю» на самом деле означает «нет».

У французов так же. Еще общая сдержанность: при первой встрече француз не будет сообщать тебе свои личные истории или сложности, спрашивать совета или просто изливать душу. Он даже друга бережет от этого, общение не строится только на этом, поэтому разговоров и споров до утра скорее всего не будет.

Здесь неприлично спрашивать, за кого ты голосовал. Даже когда я у мужа спросила, он ответил, что это очень личный вопрос. Конечно, он мне ответил, но первая реакция была такой. То есть очень много личного пространства, личных границ.

И.П. Вы уже привыкли к этому? Вам самой комфортно с такой дистанцией?

Е.О. Мне было очень полезно этому научиться, потому что я как раз была душой нараспашку. И мне кажется, что сейчас у меня появился какой-то баланс: когда я встречаю такого же открытого человека, у меня уже нет желания перебить его и рассказать все о себе, и в то же время мне нравится, когда человек уважает мои границы, мы идем постепенно, и это красиво. За это я благодарна Франции, что я научилась этому уважению и постепенному сокращению дистанции.

И.П. Здорово. Конечно, я прислушиваюсь к себе, меня здесь люди больше открывают, но мы говорим сейчас не обо мне.

Катя, я вот еще о чем хочу спросить, про инфраструктуру. Насколько тепло или холодно в домах, что с электричеством. Давайте про такие вещи теперь поговорим.

Е.О. Я и все мои русскоговорящие подруги мерзнем. И у нас есть теория на этот счет: так как у нас в странах зимой большой перепад температур, то нас очень кутали в детстве, и мы зимой всегда были в тепле. И когда мой муж жил в Москве, был поражен, что зимой, куда не зайдешь, нужно раздеваться: в кафе, в домах, в институте, в офисе. И ты носишь пуховик, а потом все время его снимаешь.

Здесь нет такого большого перепада температур. И здесь реальность – снег, расстегнутое пальто и голая щиколотка, потому что здесь никому не холодно. Они привыкли к этой температуре, они к ней адаптированы. А я нет. Плюс у нас в Лилле влажно, и влажный холод намного тяжелее для меня, привыкшей к сухому русскому холоду. Конечно, это не вся Франция, в Страсбурге уже сухо.

Здесь нет центрального отопления, или оно есть очень редко, да и для француза температура 19 градусов дома нормальна (для меня комфортно 22 градуса), так как отопление стоит дорого, то французы обычно экономят, они лучше тепло оденутся, чем как у нас будут ходить дома с коротким рукавом, еще и форточку откроют. У нас дома камин, но, когда мы просыпаемся, может быть очень холодно – может быть 17, но потом ты включаешь камин, и дом разогревается. В этом плане у французов совсем другие привычки.

И.П. Да, к этому действительно надо привыкать. Я тоже все время мерзну, и я даже видела картинку: если ты еще раз меня спросишь, почему я мерзну, если я русская, то я тебя убью, или что-то такое. Ваша теория очень похожа на правду. После университета я работала в компании Алроса – это представительство якутской компании в Москве, у нас работали в том числе люди из Якутии, и они адски мерзнут московской зимой, потому что в Якутии они очень тепло одеваются, а в Москве они одеты налегке.

Е.О. Я могу сказать, что этим летом я купила тонкий пуховик, потому что я ездила к морю, а там всегда ветрено и даже холодно. Да, здесь будет тонкий пуховик, но часто люди поверх пуховика надевают пальто, и даже еще пальто.

И.П. Катя, расскажите, пожалуйста, как вы развлекаетесь в вашем городе, что с культурной жизнью. Не скучно ли, что можно посмотреть, куда поехать?

Е.О. Смотря что вы любите. Я люблю искусство. У нас есть большой Музей изящных искусств, в котором есть Босх, Делакруа, Гойя, и все время приезжают разные выставки. Я люблю танцевать и хожу танцевать в разные места, учусь танцам и практикую. Популярно съездить в Бельгию, попить пива, или даже сходить пешком – мы на самой границе. Если мало культурной жизни, то всегда можно поехать в Париж – это три часа на машине или час на поезде.

Фестивали здесь – это не то, что мы представляем под этим словом, тот же фестиваль супа. Лилль еще со Средних веков известен на всю Европу своим блошиным рынком: раз в год, первые выходные сентября, весь город превращается в огромный блошиный рынок. Сюда приезжают из разных стран Европы, дизайнеры охотятся на старые интересные вещи. Можно купить все, что угодно, от молитвенника прошлого века, черепа, до огромной двери из церкви – что хочешь. На два дня и ночь весь город перекрывают, отели переполнены, в банкоматах нет денег, все едят мидии – это наша местная еда.

Рестораны соревнуются, у кого лучше мидии: раньше перед входом складывали все ракушки, и потом сравнивали этим горы. И это очень зрелищно. Позже из санитарных соображений это запретили, только один ресторан это делает, но это все равно впечатляет. Все это действие начинается с полумарафона, все бегут сначала.

Дизайнеры, художники выходят на охоту уже в пятницу, когда можно найти самые редкие вещи. У моих друзей есть традиция: они договариваются об определенной сумме (1 или 2 евро), ищут самую странную вещь на эту сумму, показывают ее друг другу, голосованием выбирают самую странную вещь, и человек, который выиграл, обязуется целый год выставлять ее в своем доме. То есть культурная жизнь есть, она немного другая, не только про высокое искусство, часто и про бытовые вещи, но это тоже все очень занимательно.

И.П. Да, это очень интересно, чтобы изучить и перенять. Про сентябрь мы поняли. А куда еще можно поехать вблизи, чтобы охватить максимально много интересного?

Е.О. Я всегда советую Брюгге – это очень близко, и это сказка, там везде перед глазами открытки. Еще есть Гент, там немножко по-другому, но мне там даже больше нравится. Их можно оба посетить, они недалеко. Это я о Бельгии сейчас говорю, потому что мы на границе. А если о Франции, то можно поехать в Виссан – это маленькая рыбацкая деревушка на берегу моря с красивыми скалами. Только не зимой туда надо ехать, зимой там очень холодно. А вот летом там цветут маки, очень красиво. Недалеко от нас Париж, еще много маленьких городков, в самом Лилле тоже есть, что посмотреть и попробовать в гастрономическом плане.

И.П. Кстати давайте про еду, у нас как раз время обеда. Во-первых, действительно ли вкусны французские булки, как мы себе представляем? Действительно ли самые вкусные круассаны во Франции? И что еще посоветуете?

Е.О. Очень отличается все, в каждом маленьком регионе Франции своя кухня. Если люди едут в другой регион, они всегда привозят целые корзинки с местной едой, а регионов во Франции штук 50 точно. То есть это очень большое разнообразие. И французские булки будут значительно отличаться в каждом городе, даже булочка с шоколадом будет по-разному называться, иметь разные рецепты, и быть разного вкуса.

У нас в Лилле это мидии, картошка фри, пиво, сыр Маруаль – это очень тонко пахнущий сыр, у нас есть очень известный десерт, который называется merveilleux, его надо обязательно попробовать, потому что Лилль – это его родина, хотя он есть и в других городах, он легкий, воздушный и незабываемый, и у нас есть очень старый чайный салон, который называется Meert, там тоже есть великолепные десерты, в том числе наши вафли. Они не такие, как в Брюсселе, а это две тонкие вафли, между ними начинка – фисташки или ваниль. Пожалуй, все.

И.П. Хватит уже, мне кажется. Уже достаточно, я уже пожалела, что задала этот вопрос, честно сказать.

Катя, давайте немного вернемся к вашим чувствам. Вот скажите, 4,5 года прошло, и мы помним, что начало было непростым, как вы себя сейчас чувствуете во Франции? Я не буду спрашивать, полюбили ли вы страну, я уверена, что вы испытываете к ней хорошие, приятные чувства, насколько вам комфортно, насколько вы чувствуете, что вы прижились?

Е.О. Я чувствую, что я узнала, кто я такая. Это, во-первых. А уже дальше я к чему-то приживаюсь или нет. Но переезд в другую среду заставляет тебя задавать себе вопросы, которые ты обычно не задаешь, и через несколько лет я нащупала, а кто же я на самом деле: что я люблю, от чего могу отказаться, что я считала своими убеждениями, а они легко ушли, просто потому что я в другом обществе, и они здесь неактуальны, а что-то осталось со мной очень твердо.

И в общем я чувствую свободу, теперь я лучше себя понимаю, я могу жить во Франции или нет. Один переезд, потом второй переезд, и дальше уже не так страшно, как было сначала. Я чувствую, что какие-то мышцы наросли, духовные и личностные, сил добавилось, я чувствую большую подвижность, гибкость и меньшую зашоренность.

И.П. Мы здесь называем их мышцами бесстрашия, в наших подкастах мы часто говорим о том, что переезд – это концентрат изменений всего, потом так нарастут мышцы бесстрашия, что уже вообще ничего не будет страшно, потому что очень часто люди потом делают вещи, которые раньше скорее всего не сделали бы, потому что испугались.

И вы сказали важную вещь, впервые мы ее слышим: переезд освобождает тебя от всего лишнего, потому что ты оказываешься голым, заново, в новом месте, без поддержки, и заодно ты теряешь все ненужное, а все нужное остается. Это классные вещи, я даже не знаю, как без переезда то сделать, может быть, с какими-то помогающими практиками можно этого добиться. Но переезд действительно помогает узнать самого себя так, как никогда бы не сделал.

Е.О. Даже, наверное, не только узнаешь, но и формируешь, потому что, когда мы не защищены ни родными, ни друзьями, приходится на этом пустом месте что-то строить. А пока строишь, и учишься новому, и мышцы бесстрашия растут.

И.П. Да, очень важная вещь, мы ее запомним, я еще над ней подумаю. Она действительно очень крутая.

Катя, последние две минуты мы даем нашим героям возможность себя порекламировать, рассказать о том, на каких ресурсах можно их найти, как обратиться. Во-первых, конечно, чтобы позадавать вопросы еще по Франции и конкретно по Лиллю. Во-вторых, это ваши потенциальные клиенты, может быть, кто-то заинтересуется тем, что вы рассказали. И у вас очень приятный голос, вас даже просто слушать приятно.

Е.О. Спасибо, я раньше работала журналистом на радио, и мне приятно слышать ваши слова. Меня можно найти в Facebook, я там одна с именем Екатерина Оаро, я с удовольствием отвечу на ваши вопросы. Я преподаю писательское мастерство, у меня есть сайт, вы можете почитать мой блог и увидеть, как я это делаю. Сайт называется Вдохновить на роман www.inspire-writing.com, у меня получается вдохновить людей не только на роман в литературной форме, но и на роман со своей творческой частью.

У меня есть индивидуальные консультации, рецензии, курсы уроков, я работаю не только с писателями, но и с людьми, которые хотят написать книгу, будучи экспертом в какой-то сфере, чтобы подтвердить свою экспертность через книгу, я помогаю организовать ваш материал так, чтобы люди не могли оторваться от вашей книги. Если вам нужно писать статьи про продвижение – это тоже ко мне. У меня есть очень интересная рассылка, которая не дает людям забыть о своей творческой мечте. Буду рада с вами познакомиться, если вы творческий человек и любите тексты так же, как люблю их я, то подписывайтесь, и будем на связи.

И.П. Рассылка действительно необыкновенная, мне кажется, она отличается от всех рассылок, на которые я подписана: Катя посылает настоящие письма писателей, известных людей, и это всегда так в тему твоих мыслей.

Спасибо большое, Катя, за этот разговор. Очень интересно, очень много нового. Я очень люблю подкасты, из которых мы выкручиваем важные мысли про переезд, и подскат с вами именно такой. Поэтому спасибо большое за этот разговор, удачи в вашем деле, в вашем прекрасном бизнесе.

Е.О. Спасибо, что пригласили меня. Было очень приятно с вами поговорить. Удачи в вашем подкасте!

И.П. А мы с вами, друзья, перемещаемся южнее, теплее – как в той детской игре Тепло-горячо – и едем недалеко от Франции, в Португалию. Португалия — страна очень востребованная, запросов по ней много, так что нашему следующему гостю придется постараться. Но гость у нас отличный, и я уверена, что он со всем справится. Оставайтесь с нами – здесь открывается мир.

Комментариев

  1. Маша
    19.12.2017 / 05:32

    Ирина, добрый день! Хочу вам выразить огромную благодарность за ваши подкасты! Это невероятно круто! Жду новый всегда с нетерпением, прослушала уже много интересных для себя. Мечтали с мужем переехать, но не было повода. И вот слышу у вас, что переехать можно ради переезда, потому что это просто интересно и есть возможность. Меня это очень вдохновило! Теперь уже дата назначена) интересно было бы послушать про переезд в Москву, так как мы туда собираемся (с Дальнего Востока) и многие хотят туда уехать. Для кого этот город, для каких занятий и как там жить с детьми? Спасибо вам!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *